Главная Написать письмо Поиск Карта сайта Версия для печати

Поиск

ИЗДАТЕЛЬСКИЙ СОВЕТ
РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
Виктор Николаев: "Всё, что мной описано, пережили моя душа и мое сердце" 18.09.2012

Виктор Николаев: "Всё, что мной описано, пережили моя душа и мое сердце"

5 сентября 2012 года состоялась встреча Председателя Издательского Совета митрополита Калужского и Боровского Климента, лауреатов Патриаршей литературной премии имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия Олеси Николаевой и Виктора Николаева и члена Экспертного совета Патриаршей литературной премии Марии Городовой с гостями Московской международной книжной выставки-ярмарки. Виктор Николаев ответил на вопросы читателей.


Виктор Николаевич, иногда читатели считают, что писатель должен использовать высокий стиль, красивые обороты речи, пользоваться разнообразными средствами языка, придающими тексту изысканность. Вы пишете об острых проблемах современности. Тематика, безусловно, во многом определяет языковые средства. Не упрекают ли Вас читатели или критики, что язык «недостаточно красивый», не говорят ли, что некоторых словам и фразам не место в литературе? Понимают ли читатели, что выбор языковых средств обусловлен тематикой и участник боевых действий во время сражения вряд ли может и должен говорить и думать на языке лирических поэтов XIX века? Как филолог была весьма удивлена подобными претензиями к языку произведений в одном из разговоров этим летом…

Я благодарен за эту пресс-конференцию и за эти вопросы. Они давно назревали, и им давно надо было быть. Я по образованию не писатель. Я человек военный. Всё, что мной описано, пережили моя душа и мое сердце. Я писал то, что я видел.

Ко мне претензий по речи и по описанию не было никогда. На сегодняшний день я получаю примерно 15 писем в месяц от своих читателей из разных стран.

Когда мои книги писались, а начиналось все с «Живый в помощи. Записки афганца», то они писались просто для людей близких, чтобы оставить память о той жизни, которая была с нами в Афганистане.

Когда книга была написана, мы попытались её издать. Я обратился в одно издательство, в другое, там отнеслись к этому довольно равнодушно, сказали: «Хватит нам крови, хватит нам войны», – даже не читая того, что я предлагаю. Я тогда молился в храме Казанской Божией матери, это метро Коломенская. Я стал подходить к иконе Иоанна Богослова и просить помощи: «Отче Иоанне, помоги Христа ради эту книгу издать, если от неё есть польза. А если пользы нет, я её выкину».

И вдруг мне звонит первый редактор этой книги Леонид Болотин и говорит, что приехал батюшка из Барнаула и прочитал рукопись. Он сказал, что найдет любые деньги, чтобы её издать. Я обрадовался, поговорил с ним, а потом спрашиваю: «Батюшка, а Вы из какого храма?». Он говорит: «Я из храма Иоанна Богослова». Книга пошла в жизнь. Когда была написана вторая часть этой книги, я стал просить помощи у святителя Николая. Звонит мне один священник и говорит, что они слышали, что готова вторая часть книги, и хотели бы приехать в гости. Они приехали, мы поговорили, решили издавать вторую часть. Я спрашиваю: «Батюшка, Вы из какого храма?» Оказалось, что батюшка из храма святителя Николая в Подкопаях, отец Савва Молчанов.

Находились люди, которые помогали издать.

Претензий по поводу речи не было никогда.

Речь литературная о войне и та речь, которая идет в бою, – это вещи совершенно разные. В бою так не разговаривают. В бою порой не разговаривают вообще. Когда группа шла на ночной разведвыход, одно из требований к людям в горах – умереть молча. Вскрик в ночи очень далеко слышен. Поэтому пулю или ножевое ранение нужно было терпеть, буквально сглатывая боль. Психика боя и психика мира – совершенно разные понятия.

Следующая книга «Из рода в род» о тюрьме и о ребятах военных в тюрьме. Когда эта книга была написана, она прошла серьезную цензуру. Сначала мы её отдали в Федеральную службу исполнения наказаний. Они её одобрили. Потом мы отдали её в одну из колоний, которую окормляет Оптина пустынь. В каждой зоне есть свои литераторы, и они очень требовательно относятся к любой литературе.

Потом была написана книга «Безотцовщина». Эта книга о подростках, о семье. Скоро выйдет уже восьмое издание этой книги.

В моих книгах очень много юмора. Сейчас пишу деревенские рассказы, там будет одна большая глава детского юмора. Я уже опубликовал часть в «Роман-газете». Она называется «Смешинки от Маринки». У меня есть внучка Маринка, и я записываю то, что она говорит. Что у взрослых на уме, у ребенка часто на языке.

Каждая семья – это отдельная книга. О каждой можно писать, рассказывая интересные моменты. Но наша литература должна быть созидательной, порядочной и чистоплотной.

Жизнь сложная, непростая. Но все, что пишется, всегда должно заканчиваться чем-то светлым. У людей должны быть вдохновение и вера

Патриаршая литературная премия – это новый стимул к дальнейшему творчеству? Дополнительная ответственность? Или что-то иное?

Это и стимул, и ответственность, и поддержка. Любую награду нужно нести и уже не опускаться ниже. Дают тебе орден Красной звезды – и ты должен соответствовать этому ордену в своих поступках. Если ты становишься Героем России, ты должен всегда соответствовать этой награде. Я думаю, так ответят все, кто получает награды и правильно оценивает это внимание.




Лицензия Creative Commons 2010-2013 Издательский Совет Русской Православной Церкви
Система Orphus Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru