Наши близкие неведомые

Наши близкие неведомые 01.10.2019

Наши близкие неведомые

Святитель Варлаам, епископ Суздальский и Тарусский, Махрищский чудотворец. Житие и служба. Свято-Троицкий Стефано-Махрищский ставропигиальный монастырь, 2019.

Что мы знаем про наших русских святых? Как ни странно, знаем не так уж много. Светский человек, задумавшись, назовет… мишку, который уткнулся влажным носом в кусочек хлеба, протянутый святым Сергием Радонежским. И серый плоский камень. На камне молился святой Серафим Саровский. Потом, возможно, вспомнит Матронушку – к ней обращаются с просьбой получить желаемые блага. Ну и Ксения Петербургская на слуху: ходила босиком по городу. Теперь, как и Матрона, помогает в несчастьях.

Начитанные православные вспомнят еще несколько имен и произведений, повествующих о русских святых. Будь то книги классика русского зарубежья Бориса Зайцева, посвященные Иоанну Кронштадтскому, Патриарху Тихону, Оптинским старцам, или же труд профессора Владимира Журавлева «Рассказы о русской святости». Святой равноапостольный князь Владимир, благоверные князья Борис и Глеб, святые Антоний и Феодосий Печерские… Василий Блаженный, наконец. Произнесешь – и сразу целые судьбы, эпохи всплывают из глубины времен.

Но и это еще далеко не все! Ведь был еще преподобный Макарий, основатель Макариево-Унженского монастыря в Костромской области, преподобный Антоний, воздвигнувший Антониево-Сийский монастырь в Архангельской области, святые Феодосий из Тотьмы и Ипатий из Костромы и многие, многие другие… Страницы, связанные с жизнью этих русских святых, как правило, неведомы широкому читателю.

Передо мной лежит книга, изданная Свято-Троицким Стефано-Махрищским ставропигиальным монастырем: «Святитель Варлаам, епископ Суздальский и Тарусский. Махрищский чудотворец. Житие и служба». Автор-составитель, монахиня Сергия (Софоихина), выдерживает повествование в стиле агиографической или житийной прозы. Мы увидим, как стройно и прозрачно складываются великие надмирные истории, а также познакомимся с редкими сюжетами времен Древней Руси.

Святитель Варлаам, игумен Троицкого Стефано-Махрищского монастыря, жил в шестнадцатом веке. Собеседник святителя Макария, митрополита Московского и всея Руси – он пользовался уважением самого Ивана Грозного. Путь этого святого – пример семейной преемственности. Его отец тоже стал монахом, а прадед – иеромонах Серапион, насельник Махрищского монастыря, оставил первоначальные записи о житии преподобного Стефана, друга и собеседника Сергия Радонежского. Следуя заветам своего прадеда, святой Варлаам многое сделал для церковного прославления многих русских подвижников: преподобного Стефана Махрищского, священномученика Григория и Кассиана Авнежских, преподобной Евфросинии Суздальской.

Пожалуй, именно этот опыт особенно важен в наше время, когда прославлено множество новомучеников, но еще не хватает должного народного почитания. Как осмыслить подвиг новых святых? Как сохранить недавние свидетельства, сделать их живыми? Святой Варлаам общается со свидетелями, заходит в странноприимный дом, представляет итоги трудов высшему начальству. «Ревнуя о церковном прославлении преподобного Стефана, игумен Варлаам с усердием и любовью стал собирать свидетельства о его святости. В странноприимнице монастыря отыскал он сказание о жизни святого подвижника, составленное еще его прадедом, священноиноком Серапионом. Дополнив рукопись сведениями о чудесах и исцелениях у гроба преподобного, бывших до него и при нем, игумен Варлаам представил этот труд царю и митрополиту».

Иногда говорят, что мы живем в особое, трудное время. Горят леса, рушатся дома, недавно на детскую площадку рухнул телеграфный столб. Ахнув, ловцы несчастливых новостей тут же выпускают очередную заметку в авторских блогах и скорбно вздыхают о скором Конце света. Но… трудно жить было всегда! Однако внешние обстоятельства не мешали проявлению созидательного начала. Святой Варлаам продолжал ходить в странноприимные дома и кропотливо записывать свидетельства, несмотря на то что родной Махрищский монастырь сильно пострадал от пожара и терпел большую нужду. И вот молва о посмертных чудесах блаженного Стефана, прославлением которого занимался Варлаам, достигла слуха Ивана Грозного и «отозвалась теплой верой в сердце его». Царь пожаловал 200 рублей и повелел игумену Варлааму возвести каменную церковь.

А как-то раз, в 1557 году, на престольный праздник Святой Троицы в обители собралось около двух тысяч богомольцев. Почти все по причине голода, бывшего в то время, люди бедные и неимущие. Тогда игумен Варлаам распорядился раздать имевшийся в обители хлеб, на что трапезник монастыря монах Симеон ответил: «Если раздать нуждающимся даже и по малой доле, на утро следующего дня для насельников ничего не останется…» Но ропот трапезника не сломил веру игумена. После Божественной литургии Варлаам помолился у гроба святителя Стефана, затем повелел трапезному монаху предложить братии, богомольцам и нуждающимся весь запас монастырского хлеба. И… происходит чудо: «…не только все, вкусившие трапезы, насытились, но и еще три месяца братия монастыря питалась тем дивным хлебом».
Царь Иван Васильевич принимает самое активное участие в строительстве обители. Когда над мощами преподобного Стефана возводится храм, он прибывает на его освящение. Дает церковную утварь и щедрую милостыню для братии. А «царица Анастасия Романовна пожаловала облачение на престол, покров на гроб чудотворца и бархатные воздухи». Из таких неприметных, казалось бы, деталей создается подлинная русская история.

В 1560 году от царя Ивана Васильевича и митрополита Макария последовало повеление возобновить Троицкий Авнежский монастырь в Вологодской земле. Так игумен Варлаам стал возрождать монашескую жизнь и в этой обители, варварски разорённой в 1392 году. «И здесь послужил он преподобному, собирая свидетельства о чудесных исцелениях от мощей его ближайших учеников, преподобномучеников Авнежских». Его стараниями в 1560 году преподобномученики Григорий и Кассиан были причислены к лику святых. Наконец, на Суздальской кафедре святитель Варлаам явился очевидцем «и списателем чудес, совершившихся у гроба преподобной Евфросинии, игумении Ризоположенского монастыря». Он обретает ее древнее житие и отправляет в Москву – вместе с описанием чудес, совершившихся у гроба. Государь дает распоряжение написать ее житие и чудеса, а вскоре на Соборе преподобную Евфросинию канонизируют.

…На протяжении четырех столетий предания о жизни святого Варлаама передавались из уст в уста. Канонизирован он был совсем недавно, в 2000 году. Этот святой учит нас смело и праведно жить, невзирая на обстоятельства, голод и нужду. Прислушиваться к народным преданиям, записывать их, собирая свидетельства о жизни праведников. Он вполне может стать покровителем историков и фольклористов. Наша история – не только день настоящий с его тревогами и смутой, не только перечень военных действий, политических решений и реформ. Главное и непреходящее, самая сердцевина, содержится в подвиге святых. Именно они определяют судьбы мира. Хорошо об этом сказано в стихотворении Юрия Кузнецова «Пустынник». Пустынник не занят общественной борьбой, он молится в уединении, на камне в широком поле. И колени его ослабли, и голос его дрожит… Однако,
Когда подымает руки –
Мир озаряет свет.
Когда опускает руки –
Мира и света нет.

Соприкоснуться с жизнью праведника, а также увидеть историю в ее подлинном измерении и помогает житие святителя Варлаама, епископа Суздальского и Тарусского, Махрищского чудотворца. А служба и молитвы, включенные в книгу, могут сделать это новое открывшееся измерение не формальным знанием, но живой и непреходящей реальностью. Читающий этот замечательный труд может пройти путь духовного преображения и стать не просто наблюдателем подвигов подвижника, а участником Божественного пира и собеседником святых.

Анастасия Чернова




© 2010 Издательский Совет Русской Православной Церкви, Официальный сайт