Быть просветителем

Быть просветителем 15.02.2019

Быть просветителем

О книге митрополита Волоколамского Илариона «Иисус Христос» (М.: Молодая гвардия, серия «ЖЗЛ»).

Человек, уверовавший во Христа – в отрыве от любого из мыслимых религиозных смыслов – совершает весьма определённое нравственное усилие, которое иным даётся легко и радостно, как нечто само собой разумеющееся, а у других, натур болезненно рефлективных, вызывает длительную, затягивающуюся порой на годы внутреннюю борьбу.
Процесс даже не воцерковления, а разрешения себе Веры производит в душе и сознании настоящий нравственный переворот, происходит определённое впадение личности в собственный исток, от которого отлучает «взрослая жизнь» с её ничтожными и утомительными условностями.

Христианин признаёт не просто чудо, но то, что среди людей, которых он прекрасно и давно знает вместе с их бесконечными слабостями, как принято говорить, «мозговыми и душевными тараканами», внезапно может появиться Тот, который не просто творит чудеса, но сам – воплощённое Чудо.

Такая вера есть отчасти позволение себе быть ребёнком, но она – и нечто куда большее, она – самый начальный шаг из горизонтального образа мышления, преддверие космического осознания самого себя, своей будущей звёздной участи…

Легитимность

Нельзя сказать, чтобы я не видел критики нового труда митрополита Волоколамского Илариона (Алфеева) «Иисус Христос», выпущенного «Молодой гвардией» в серии «Жизнь замечательных людей». Видел.

«У Павленкова (основатель серии «ЖЗЛ» - прим. авт.) не было в серии книг о мифических персонажах, культурных героях и легендарных личностях» – такова примерно суть претензий.

Не стоит начинать «охоту за атеистами», загоняя их в логические ловушки вроде: «То есть, Иисусу Христу не место в серии «Жизнь замечательных людей» только потому, что для вас Он не человек? Значит ли это, что для вас он – Бог?»

В арсенале светской культуры наличествует великолепно уклончивая категория для тех, кто алой нитью скользит по умозрению всей цивилизации разом, но физическое существование которых «не подтверждается документами»: «мифический персонаж» – некий собирательный образ, составленный любителями пособирать образы в угоду… собственно, в угоду чему? Собственному тщеславию?

Если представить себе апостолов, рассказывающих на рынках и базарах увлекательные легенды о том, кто никогда не существовал, а выдуман от начала и до конца самими «сказочниками», отчего же их, апостолов, так жестоко казнили за них? По самым скромным подсчётам, за «рассказы о Христе» погибло несколько десятков тысяч человек. Почему невинные россказни о Казнённом и Воскресшем делались так противны «существующей власти», существование которой никому и в голову не придёт объявлять сомнительным? Объяснение гораздо проще богословских выкладок: сама идея бессмертия отвратительна власти, прежде всего, потому, что «власть её» исчерпывается земным бытием. Следовательно, бессмертие в каком-то смысле опровергает власть. И в каком-то смысле опровергающие существование Христа сопутствуют власти в мнимой безраздельности их властвования, постулируя «есть только одно бытие, и оно исчерпаемо здесь и сейчас».

В секуляризованном сознании Иисус стоит в одном ряду с королём Артуром, Рюриком и Вещим Олегом, Моисеем и Робин Гудом. Отличий – нет. Ряды можно продолжать: от Робин Гуда – к атаману, например, Кудеяру, от Артура – к Карлу Великому и его «алькальду» Роланду, а от Моисея – прямиком к Гильгамешу. Останавливаться не стоит: если Пен-Абу, первый фараон «додинастического периода» Древнего Египта сомнений вроде бы не вызывает, как и какой-нибудь Ни-Нейт, Шендет и Нармер, то про Птаха, Ра, Шу и Геба можно, искривив губы, сказать – «ну что вы, право, они же боги, какие они правители!»
И действительно, какие они правители, если черта в сознании, не знавшем ни тех, ни этих, уже проведена?

Сестра Краткость и сестра Достоверность

Митрополиту Волоколамскому, главе Синодального отдела внешних церковных связей Илариону (Алфееву) не было особенно легко и приятно узнать, что его шеститомник о Христе прочтут, судя по темпам сегодняшнего чтения, лет за шесть, если не больше. Чтобы спрессовать шеститомник в однотомник, ушли долгие месяцы: многое и многое сущностно важное воспринималось неотторжимым, и всё же пришлось жертвовать и выкладками, и фактами, и выводами.

А разве само Просвещение – не жертва?

В бывшем СССР о Христе знают немного: родился от дыхания Господнего в деве Марии, крещён Иоанном Крестителем в реке Иордань, ходил по дорогам, кормил голодных, воскрешал мёртвых, рассказывал притчи, изгонял из храма, провозглашал инстинктивно понятные законы, предан Иудой, мучим и убит по приказу Пилата римской стражей. Всё.
Но почему тогда уже две тысячи лет для миллиардов человек эта трагедия на фоне десятков глобальных геноцидов – главная? Что в ней такого?

- Без Христа мы жили бы в совершенно ином мире, - пробует объяснить ожесточившихся, шокированных в лучших своих представлениях о серии «ЖЗЛ» людей автор книги о Христе владыка Иларион. – Именно с Христа начинает развиваться идея равноправия мужчины и женщины, уважения к детям, вообще прав человека.

О Человеке

- Владыка, уместно ли? В «ЖЗЛ» выпущены книги о знаменитых правителях, политиках, революционерах, террористах, композиторах и художниках, музыкантах и скульпторах. И вдруг – Иисус!

*мягко улыбаясь, отвечает*

- Да, содержание серии общеизвестно. Однако я думаю вот что: если Он не побрезговал быть распятым между двух разбойников, Ему не будет противно, если книга о Нём будет стоять между книг о преступниках, гениях и талантах.
Что же касается Его популярности, весь мир принял календарь, по которому всё, включая даты рождения любого из нас, верующих и неверующих, отсчитывается от даты Его рождения. Попытки заменить календарь предпринимались во времена Французской и русской революций. Я лично видел советский отрывной календарь 1929 года, где год был обозначен – 12-й, от революции 1917 года. И тем не менее, от подобного реформирования времени пришлось отказаться.

…Для тех, кто протестует и сразу против двух ипостасей Христа, человеческой и божественной, или только против одной из них, замечу: то, что Он, как признаём мы, христиане, был Богом, совершенно не мешало ему быть человеком, и человеком интересным, замечательным. Евангелия свидетельствуют: Он – уставал, испытывал голод, недовольство, гнев, радость. Смеялся, огорчался, плакал...

Его имя повторяют в 4 миллионах храмов по всему миру каждое воскресенье, о Нём говорят в университетах и школах, пишут книги. Общий тираж Библии, основной содержание которой – Новый Завет, то есть, книга о Нём, составляет на сегодня 8 миллиардов экземпляров, и постоянно растёт. Кто же более известен в человеческой истории?

Истоки лжи и недовольства

- Чтобы написать свою книгу, я изучил более тысячи книг о Христе, и понял, что современные теории отвержения Христа во многом строятся на не издававшихся при жизни трудах немецкого деиста Германа Самуила Реймаруса (1694-1768).
Реймарус призывал «очистить образ Христа» от «церковного мифотворчества», и в результате пришёл к теории о том, что Христос был террористом, захватившим на несколько дней Иерусалимский храм, но, будучи вытесненным оттуда римской гвардией, впал депрессию по поводу своей неудачи в Гефсиманском саду и впоследствии был казнён в наказание за свой террористический акт.

В двадцатом веке из Христа на основании тех же идей пытались сделать литературного героя. Доказать его существование требуют, предъявив либо его кости, либо письменные документы. Мы, христиане, отвечаем на эти требования так: костей предъявить не можем, потому что верим, что Иисус воскрес, - разъясняет владыка Иларион.

Документы… дойди до нас полные архивы метрик Галилеи и не обнаружься там лишь одного имени Христа, аргументы «разоблачителей» имели бы минимальные основания. Если на основании отсутствия записей можно отказывать человеку в существовании, то такой «бюрократический» подход не просто отдаёт начётничеством – в нём просматривается упорная воля ни в коем случае ничего не признавать.

Христос дневника не вёл. Первые несколько десятилетий после его гибели и воскрешения Евангелия существовали, как предполагает владыка Иларион, в области устных преданий – той, в которой греческий народ помнил сотни строф «Илиады» и «Одиссеи». В 50-60-х гг. Евангелия были записаны на папирусах. Почему не позже? Потому что книге Деяний не обозначено мученического конца апостола Павла в Риме, а благостно говорится о том, что он уехал проповедовать в Рим. Меж тем, смерть апостола наступила в 67-м году.

- Неточности есть: так, существуют две родословных Иисуса. По-разному говорят апостолы Матфей и Лука и о Его Рождестве. Но главное остаётся главным: Он не только был, Он – есть, но уже в той реальности, которую не подразумевает серия «ЖЗЛ», - в реальности духовной, - заключает владыка Иларион.

Быть просветителем нелегко так же, как рассеивать мрак, возжигая светильники в сыром подземелье.
Нам осталось добавить одно: прежде чем судить книгу, спорить об её уместности, следует её прочесть.
Не раньше, чем книга будет прочтена, будет произнесено и первое обоснованное суждение о ней.

Сергей Арутюнов

Источник





© 2010 Издательский Совет Русской Православной Церкви, Официальный сайт