Наука быть папой

Наука быть папой 11.04.2017

Наука быть папой

Рецензия на книгу номинанта Патриаршей литературной премии писателя Александра Ткаченко «Трудно быть папой».

Читателям «Фомы» не нужно рассказывать, кто такой Александр Ткаченко – многолетний автор журнала, написавший множество пронзительных, умных, трепетных и удивительно точных очерков и статей, в которых так легко узнать себя самого с собственными мыслями, переживаниями и жизненными перипетиями.

В нашем книжном шкафу на одной из полок собралось штук двадцать номеров «Фомы», наиболее нам дорогих (даром что есть интернет, где все материалы можно найти буквально в несколько кликов). И «темы номера» там во многих случаях – как раз за авторством Александра Ткаченко.

Есть у него статьи о вере, есть апологетические статьи, есть рассуждения о высоких богословских предметах, и всюду автор прибегает к личному опыту, приводит примеры из собственной жизни. Личный опыт – самый убедительный аргумент в любом разговоре, а у Александра Ткаченко он и обширный, и должным образом осмысленный. И рассказать о нем он умеет так, что это всегда уместно и никогда не дидактично.

Но есть такая тема, где личный опыт вообще не заменишь ничем – ни красноречием, ни начитанностью, ни богословско-философским образованием. Тема эта – жизнь семьи, нашей малой Церкви. И «семейные» статьи Александра Ткаченко, четырежды папы, всегда вызывали у меня какое-то особенное чувство.

И вот теперь, словно бы специально для поклонников этого прекрасного автора, все его статьи об «отцах и детях» собрались под одной обложкой. Не сами собой собрались, понятно, а благодаря издательству «Никея». И название – «Трудно быть папой» – очень точно отражает центральную мысль книжки: как герой повести братьев Стругацких, парафразом названия которой является этот заголовок, не справился с ролью вершителя судеб на далекой планете, так и всякий отец, призванный на время стать богом для своих детей, частенько терпит фиаско...

Строго говоря, не все собранные в книжку истории – об отношениях отцов и детей. Добрая треть книги посвящена воспоминаниям автора о собственной юности, размышлениям (нередко горьким) о безвозвратно потерянном, об упущенном, о не сделанном вовремя. «С какого-то момента отчетливо начинаешь видеть, что жизнь перевалила за половину. И идет она уже не вверх, к какому-то воображаемому и желанному пику, а как раз наоборот — вниз, к вполне реальному и неизбежному концу. Где-то на этом отрезке и приходит понимание того, что преподобный Исаак Сирин выразил всего в трех словах: мир — льстец и обманщик...».

Но и в этом «сером тумане» того, что было и прошло, есть, оказывается, просветы: «люди, события, места — все это остается в сердце живой реальностью, если ты ощущал там Божие присутствие», – пишет Ткаченко. А Бог недалеко от каждого из нас, напоминает он слова апостола (Деян. 17: 27). И не в последнюю очередь книжка эта – о Промысле Божием, о том, как Бог управляет даже малейшими мелочами в нашей жизни. И одновременно – о том, что человек парадоксальным образом свободен, свободен настолько, что может как наглухо запереться, закрыться, отгородиться от Бога – так и, допустим, в мгновение ока избавиться от мощнейшей алкогольной зависимости, если искренне этого захочет и обратится ко Господу.

Эта наша свобода – одна из величайших ценностей, которые даровал нам Отец Небесный. И эту свободу Александр Ткаченко – сам любящий и нежный отец – трепетно охраняет в своих собственных детях. Это сейчас они уже выросли, а еще совсем недавно были подростками, и характер показывали по полной программе, и соревновались в упрямстве, и конфликтовали, казалось, с половиной мира...

«Нужно попытаться создать рядом с … закрытой территорией подростка свое пространство для общения — новое и открытое для любых тем и вопросов, – вывод, к которому пришел Александр Ткаченко в итоге. – Нечто вроде запасного аэродрома, на котором твой подросший ребенок всегда сможет приземлиться, если ему вдруг понадобится твоя помощь, совет или просто захочется уткнуться носом в плечо и молча побыть рядом. Не рваться с силой в чужой мир, а раскрыть границы своего». И рассказывает, как их раскрыть, эти границы. Убедительно рассказывает.

Результат тоже – убедительный. Вот, допустим, после очередного громкого разбора полетов все разбрелись по своим комнатам, не забыв хлопнуть дверью. И что же дальше? А вот что: «Подождав минут десять, я шел к одному из своих заплаканных мальчишек, обнимал его и шептал на ухо: «Я тебя очень люблю. Прости меня, пожалуйста». И слышал в ответ, сквозь хлюпанье носом: «Пап, все нормально, ты тоже меня прости. Я и сам не знаю, что со мной». Так, прижавшись друг к другу, мы сидели какое-то время. Потом я шел обниматься к другому участнику «разборки». Через пару лет этот подростковый кризис у них закончился, а привычка обниматься со мной осталась. Мы с удовольствием обнимаемся при каждом удобном случае, например, при расставании или встрече. Даже если это просто встреча на кухне утром. Теперь это уже действительно молодые мужчины, крепкие, с уверенной хваткой. И каждый раз, когда они меня обнимают своими мускулистыми лапами, я как будто слышу те самые слова, нашептанные когда-то на ухо: «Пап, я тебя тоже люблю».

Автор ничего не приукрашивает: он совершил все педагогические ошибки, которые совершает среднестатистический родитель, которые делаю я и наверняка делаете вы, читающие эти строчки. Но он научился ошибки исправлять. Или, по крайней мере, – тому, что их надо стараться исправлять. А мы умеем исправлять ошибки? То-то и оно... Потому эта добрая и мудрая книжка для нас с вами. Для меня – уж точно. Переворачиваешь страницу за страницей – и сердце в груди переворачивается, и слезы набегают на глаза. Хотя написал эту книжку крупный довольно мужчина с уже седой бородой, много лет проработавший на стройках и к сантиментам внешне не склонный.

Сам Александр Ткаченко, между прочим, рос без отца, его воспитывали мама и бабушка. А вырастил трех замечательных сыновей и одну дочку. Может быть, вопреки собственному печальному опыту. Ведь он всегда знал: «хреново это, когда некому за тебя заступиться». И его дети «росли с верой в то, что папа всегда защитит, ежели что». И защищаться научит, и защищать.

Папа в их жизни – случился, их детство прошло с ним. И на стройках он пропадал, и дома не бывал неделями – но время, которое он проводил с ними, он действительно проводил с ними. (Сам-то Ткаченко пишет все больше о противоположном, за многое себя корит, но читаешь и чувствуешь: вот такой и должен быть у детей папа.) Потому что «потом, когда время будет упущено, а сам ты наконец поумнеешь, восполнить все это уже не получится, как ни старайся. Не успев потетешкать на руках своего младенца, попеть ему баюльные песни, пожалеть его, прижимая к себе, когда у него болит животик, погреть ему ночью кашу, когда он голоден, — не успев все это вовремя, ты не сделаешь этого никогда. Потому что на эти папские дела у тебя есть всего-то пара лет. И все остальные эпохи в жизни твоего ребенка окажутся столь же стремительны и безвозвратны, и на них тебе тоже будут отпущены считанные годы».

А еще, открыв эту книгу, вы найдете в ней множество умилительных и потешных историй из родительских будней. У вас потеплеет и смягчится сердце, когда автор предложит вам несколько трогательных эпизодов, свидетельствующих с несомненной ясностью: Господь никогда нас не оставляет, в самых безнадежных обстоятельствах. Он с нами и ведет нас за руку. А если вы многодетные мама или папа, то наверняка порадуетесь точности наблюдений за «многодетной» жизнью со всеми ее трудностями и невзгодами – но и с Божиими благословениями. Ведь, хотя большинство больше не воспринимает многодетных родителей «как бомжевато-цыганистых типчиков» и жизнь меняется вроде бы к лучшему, а все равно нередко возникает «ощущение, что никому, кроме Господа Бога, многодетные семьи в нашей стране просто не нужны»…

Я очень надеюсь, дорогие родители, что вы полюбите эту книгу и будет часто ее перечитывать. Она этого заслуживает.

Игорь Цуканов, шеф-редактор сайта издательства «Символик» и блога «Вокруг семьи: книги, дети, православие»

Источник





© 2010 Издательский Совет Русской Православной Церкви, Официальный сайт