Главная Написать письмо Поиск Карта сайта Версия для печати

Поиск

ИЗДАТЕЛЬСКИЙ СОВЕТ
РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
Олеся Николаева: «…И окажешься там, где свободна душа молодая!» 10.12.2016

Олеся Николаева: «…И окажешься там, где свободна душа молодая!»

В  «Читательском клубе» на Погодинской состоялось выступление  поэтессы Олеси Николаевой.

Творческий вечер провел протоиерей Владимир Вигилянский» – супруг Олеси Александровны,  первый читатель и слушатель ее стихов. Прикоснуться к поэзии пришли коллеги по цеху, журналисты, поклонники и  фолловеры писательницы из соцсетей.

Биография Олеси Николаевой по-своему  примечательна. Она родилась в семье писателя-фронтовика Александра Николаева, училась в Литературном институте на семинаре Евгения Винокурова.  На сегодняшний день она автор книг «Сад чудес», «На корабле зимы», «Мене. Текел. Фарес», «Небесный огонь и другие рассказы», «500 стихотворений», «Православие и современная культура», «Православие и свобода» и многих других. Главное место в творчестве писательницы занимает религиозная тема, верность христианским ценностям, размышления о Промысле Божием в жизни каждого человека.

Открывая встречу,  протоиерей  Владимир Вигилянский отметил, что  на счету Олеси Николаевой – более 40 книг, и она с успехом  работает в самых разных жанрах,  выступает как поэт, прозаик, эссеист, блогер. Эту мысль  подхватил и гость вечера – главный редактор журнала «Знамя» Сергей Чуприн.

«Олеся Николаева – поэт, этим и интересна, –  сказал он. – В пушкинской  традиции писатель старается быть универсалом. И Олеся Николаева известна как  теолог, церковный публицист, журналист, переводчик».

Сергей Чупринин  поделился своим наблюдением, что между ее стихами и прозой есть граница и контраст. Стихи устроены сложно и прихотливо, они аристократичны по духу и подразумевают, что человек, входящий в этот поэтический мир, настраивается на определенный камертон. Стихи нужно несколько раз перечитывать и только тогда открывается их загадка. А в  прозе Олеся Николаева, по словам  Сергея Чупринина,  демократична, ее рассказы и повести написаны понятным языком. Рассказчица иногда кажется чуть простодушной, словно специально надевшей маску наивности, и при этом всегда очень остроумна. «Для всех открыта калитка прозы Олеси Николаевой», – подчеркнул главный редактор журнала «Знамя».

Тему сложности поэзии Олеси Николаевой затронул и протоиерей Владимир Вигилянский. Он поделился,  что как муж – является первым человеком, которому поэтесса читает свои стихи. При этом он чаще всего не понимает их смысла, скрывающегося за богатой лексикой и нагромождением образов. Но проходит несколько лет  и содержание текстов проясняется. «Все дело в том, что как поэт – Олеся Николаева перегоняет время», – делает вывод отец Владимир.  Он также отметил, что  Олеся Александровна  активно размещает свою поэзию в социальных  сетях и находит там новых адекватных читателей, некоторые из которых пришли в клуб на Погодинской.

К числу ценителей  таланта Олеси Николаевой относится и присутствовавшая  на вечере критик Елена Степанян.  Она обратила внимание, что  особый дар поэтессы в том, что та умеет, по словам классика:  «В одном мгновенье видеть Вечность….  И небо – в чашечке цветка». Елена Степанян также призналась, что хрупкость, кротость и железный характер – ощущается и в личности, и в творчестве Олеси Николаевой.  А затем  прочитала ее стихотворение «Похвала Ольге»:

Богомудрая Ольга берется за дело,
                                                            хороня любимого князя.
Но уже не вернуть ей живого тепла
                                                и таинственной речи с любовью:
будет Ольга до смерти расхлебывать
                                                            со слезами судьбину вдовью.
Но – Бог в помощь на поприще том,
                                                а на поле сражения старом
богомудрая Ольга на бунт окаянных древлян
                                                            отвечает мечом и пожаром!

Так и я – в развращенное сердце свое,
                                    в город чувств обезумевших,
                                                            в крепость греха и соблазна
чистых жертвенных птиц выпускаю
                                    в огне моего покаянья, –
                                                                      светло и ужасно
полыхают посады, и гибнут древляне,
                                                и солнце восходит с востока...
Богомудрая Ольга в Царьград собирается,
                                                но – до Царьграда далёко!

 

После этого слово взяла главная героиня вечера. Олеся Николаева рассказала, что ее всегда волновала тема – как сочетать  творчество и жизнь в Церкви. Она поделилась наблюдением, что среди людей искусства есть такое заблуждение, что грехи  можно искупить произведениями.  «Но это не так – на  Страшном Суде не оправдаешься  стихами. И если у тебя, что-то талантливое получилось – это дар свыше», – напомнила Олеся Александровна. И, конечно, прочитала несколько стихов, сделав подборку из разных жанров. Прозвучало  «Пастернаковское поле», в котором лирическая героиня переживает, что  в Переделкино  современными  коттеджами застроили поле  между дачей Пастернака и кладбищем.  Читатели услышали юмористически-назидательную «заплачку»: «Не взлюбила свекровь невестку-хохлушку» и  обличительно-трагическое по пафосу стихотворение про генерала Алексеева, который предал Николая II. А стихи о Крыме и Царьграде  хочется процитировать полностью:

 

В широкополой шляпе с бантом

ты Крыму летнему к лицу,

и музыке, и музыкантам,

волне, и лодке, и гребцу!

Ведь здесь в любом челне отплывшем

жив тайный компас: на Царьград!

А сделать бывшее – небывшим

сам Ангел Крыма был бы рад.

Чтоб храбр, как лев, живуч, как тополь,

Царь Александр Третий впредь

мог, заходя в Константинополь,

тропарь в Святой Софии спеть.

Чтоб византийский уделы

пройдя в длину и в ширину,

поднять Босфор и Дарданеллы

на черноморскую волну!

И чтобы, солнце нахлобучив,

Царьграда ликовал причал,

и чтоб пророчественный Тютчев

под сводами дворцов звучал!

И зверь из бездн на дряхлый лапах

здесь не добился ничего,

и дамы в белоснежных шляпах

не знали счастья своего!

Также Олеся Николаева рассказала, что в ее жизни был момент, когда она хотела отказаться от литературного творчества, к которому нередко примешивается гордыня. Но ее не благословил на этот шаг известный старец Кирилл Павлов.  «Творчество – моя форма жизни, – отметила писательница. – Если я не пишу, не погружаюсь в словесное выстраивание мира, я разрушаюсь».

Читатели, пришедшие на встречу, среди которых было немало «фейсбучных друзей», смогли в непринужденной обстановке задать Олесе Николаевой самые разные вопросы. Больше всего их волновало – как рождаются ее стихи и  как ей удается все успевать – заниматься семьей и выкраивать время для творчества? Писательница призналась, что она всегда находится в гуще людей, а большая семья (у поэтессы трое детей)  никогда не мешала ей заниматься литературой.

«Однажды я одна  на три дня поехала в Дом творчества, взяла с собой машинку, села за стол и ничего не смогла написать», –  призналась она.  И подытожила: «Самое страшное, когда стихи и рассказы – мертворожденные». Также она рассказала, что своим студентам в Литературном институте, где преподает,  советует: нужны  не только способности, но и воля к тексту, выдержка и работоспособность. «В основе моей прозы всегда лежат реальные истории», – сообщила писательница. Интересно, что коллега по цеху, ректор Литературного института  Алексей Варламов, отмечая ее дар рассказчицы,  назвал ее «Православной Шахерезадой».

А завершило вечер стихотворение, которое поэтесса  прочитала по просьбе слушателей. Знаменитую  «Апологию» можно назвать ее «визитной карточкой», где ощущается  неповторимая интонация Олеси Николаевой:

…Что твердишь ты уныло: нет выхода…

Много есть входов!
Есть у Господа много персидских ковров-самолетов.
У Него и на бесах иные летают святые.
И горят в темноте кипарисы, как свечи витые.

О, всегда я дивилась искусствам изысканным этим,
дерзновенным художествам – птицам, растениям, детям.
И мне нравились их имена – аспарагус и страус,
завитки насекомых – вся нотная грамота пауз!..
Над лугами летают поющие альт и валторна,
и ничто не случайно у них, и ничто не повторно!

…Разве зебра не сбавила б спеси дурной с авангарда?
Что, верблюда бы он переплюнул? Побил леопарда?
Носорога б затмил? Или радугу б взял из кармана?
Иль придумал бы что-то покруче, чем зад павиана?
Чем глаза крокодила? Чем хохот гиены зеленой?
Или чрево кита с беглецом драгоценным Ионой?

Что б придумал новее пустыни, ходящей волнами?
Иль цветущей саванны?
Могучей реки с рукавами?
Огнегривой цунами – над мачтами гордых фрегатов?
Осьминогов жемчужных? Литых электрических скатов?..

Что новее монаха-отшельника в рубище строгом?
Он на льве возит воду, сердечно беседует с Богом.
И, как спелую смокву в горсти, как подбитую птицу,
обозреть может землю, пройти через стены в темницу,
нашептать рыбарям, чтобы риф огибали левее,
исцелить паралитика – что мы видали новее?

Потому что здесь все не напрасно и все однократно:
если выхода нет, пусть никто не вернется обратно!
Но войти можно всюду – нагрянуть ночною грозою,
сесть на шею сверчку незаметно, влететь стрекозою,
нагуляться с метелью, озябшими топать ногами,
на огонь заглядеться, на многоочитое пламя:
как гудит оно в трубах, как ветер бунтует, рыдая!..

…И окажешься там, где свободна душа молодая!

Татьяна Медведева

Православие.RU

 

 

 

 

 

 




Лицензия Creative Commons 2010-2013 Издательский Совет Русской Православной Церкви
Система Orphus Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru